ДЖИМ ДИКСОН другая работа

Долговязый мужчина с уже заметным брюшком. Узкое худощавое лицо покрыто красноватым загаром. Редеющие волосы коротко острижены. Ббльшую часть дня он посиживает в патио своего скромного домика, расположенного в самом сердце Силиконовой долины.

Он производит впечатление человека, который находится в состоянии нервного возбуждения и с трудом держит себя в руках. Судьба зло подшутила над ним, и он это понимает: ведь до того, как ему указали на дверь, он возглавлял отдел кадров.

В «Инструменте анлимитед» я поступил в 1961 году. Тогда я даже понятия не имел, что это такое — полупроводник. Не знал даже, как это выговорить. В электронную промышленность я попал впервые. До этого я пять лет проработал в одной строительной компании. Тем не менее дело у меня спорилось. Я проработал там девять лет. А потом начались массовые увольнения, остановилось производство. Это было в 1969-м и 1970-м. Народ увольняли пачками. Сколько именно уволили, сказать трудно. По моим прикидкам, от шести до восьми тысяч. Эти данные очень сложно проверить, потому что никто не станет называть вам точные цифры. (Смеется.) Дошла очередь и до меня. За неделю до Дня благодарения меня вызвали и сказали: «Спасибо, до свидания». Вот так.

О другой работе тут, поблизости, тогда нечего было и думать. Повсюду, во всех местных компаниях и фирмах, сокращали штаты. Поэтому я ничего и не предпринимал. Около полугода. Потом мне позвонил некто Ларри Сэнфорд. У него было маленькое бюро по подбору высококвалифицированных кадров. Сам он был знающий инже- нер-электронщик, специалист по системам, и он обо мне слышал. Спросил, не хочу ли я с ним сотрудничать, и я согласился. Сработались мы быстро. Но в 1974-м, летом, кажется, у нас нежданно-негаданно выбили почву из-под ног. Понимаете, мы занимались тем, что помогали различным компаниям подбирать инженеров-электронщиков. За определенную плату. Но специализация у нас была довольно узкая. Ларри взял на себя системы — ему и карты в руки,— а я в основном имел дело с системотехникой. Поэтому, когда компании по разработке и производству полупроводниковых материалов начали сокращать штаты, бюро наше прогорело. Я уже больше года без работы.

Чудно… Я знал, рано или поздно из «ИА» меня попросят. Я мог побиться об заклад, что именно этим и кончится. Ведь я проработал в электронной промышленности без малого десять лет и успел изучить их методы. В этой отрасли тебе никто ничего не гарантирует. Нужно самому о себе позаботиться. По-моему, я сам виноват, видно, у меня не хватило ума понять, не говоря уже о здравом смысле: если к пятидесяти годам не упрочил свое положение настолько, что можешь уже не зависеть больше от электронной промышленности,— сам себе вырыл яму. Раньше я этого не понимал, но теперь-то я стреляный воробей. Мой совет: не зевай. Если тебе уже за сорок пять, даже за сорок, и ты до сих пор зависишь от электронной промышленности, положение твое незавидное. Особенно здесь, в Силиконовой долине.

Даже если бы мне и представилась такая возможность — вернуться в эту отрасль (а я знаю, что это исключено: мешает возраст),— я бы тысячу раз подумал, а стоит ли. К людям там относятся наплевательски. Я бы даже сказал, бесчеловечно. Манипулируют ими, используют их, а как только становишься ненужен, выбрасывают вон. Меня просто смешат их рассуждения о том, что, дескать, служащие должны быть лояльны по отношению к компании. А сами они что делают? Нет, Силиконовая долина — это улица с односторонним движением.

Конечно, в других отраслях не так интересно. Ну что такое, например, коммунальное строительство? Или переработка нефти? А в электронике есть что-то притягательное.


Комментарии закрыты.