Кто прав в споре?

Кто прав в споре?

Трудно сказать — ведь так трудно дать однозначную характеристику герою фильма. В Марке есть и экстремистская заостренность анархиста, и деловая рассудительность настоящего революционера, и просто мальчишеское упрямство и бесшабашность, и некоторая пассивность и неуверенность в себе. Герой фильма далеко не так прост, как это может показаться при поверхностном восприятии. И не так просты вопросы, которые он и его товарищи стремятся решить. Мало подняться на борьбу с обществом, надо еще знать, как с ним бороться. И знание это тоже не всегда обеспечивает реальный успех…

Можно лишь сожалеть, что Антониони не заглянул еще глубже в образ, который персонифицирует Марк Фрешетт. Все время хочется узнать о герое, да и о героине, больше, чем позволяет материал фильма.

И критика и сам режиссер много говорили о сложности для проникновения иностранца в чуждую среду, да еще среду молодежи. Сложность эта очевидна. И приходится поражаться, как все-таки глубоко вспахивает Антониони американскую землю.

Но порою ловишь себя и на сомнении. Не слишком ли увлеченно, пристрастно воспринял Антониони «мятежную молодежь Америки»? Не переоценил ли он ее радикализм, носящий, в общем, мелкобуржуазный характер?

Сам Антониони подчеркнул, что его притягивает к американской молодежи ее инстинктивная, животная жизненная сила. «Когда ты видишь в Чикаго юношей и девушек с одеялами на плечах и цветами в волосах, которых избивают взрослые люди в шлемах, ты чувствуешь, что очень близок к тому, чтобы заключить с ними полный союз, без всяких оговорок».

Думаю, что автор «Забриски Пойнт» заключил со своими молодыми героями именно безоговорочный союз. Он не видит теневых сторон студенческого радикализма, он принимает в образе мышления и поведения американской бунтующей молодежи все, даже марихуану. И это мешает ему подняться над героями, несколько ослабляет аналитичность его пера.

Тем не менее «Забриски Пойнт» — принципиальное явление в творчестве Микеланджело Антониони. Его фильм носит остросоциальный характер; по своей эстетике он ориентирован не на узкую элиту, а на широкие массы людей — язык экранных образов Антониони стал теперь более ясным, простым, доступным, его киноживопись приобрела прямо-таки колдовскую выразительность. Наряду с «Сатириконом» Феллини, «Забриски Пойнт» — самый масштабный, внутренне значительный фильм западной кинематографии конца 60-х — начала 70-х годов.

Когда Жорж Садуль посмотрел ленту Ф. Феллини «Ночи Кабирии», он сказал: «Я думаю, что маленькая римская проститутка — это современный Дон-Кихот, так же бродящий среди людей и испытавший такое же идеалистическое доверие к большинству окружающих, строящий такие же иллюзии в отношении ближнего».


Комментарии закрыты.