Организация «Мхедриони»

Организация «Мхедриони»

Была разгромлена организация «Мхедриони», перешедшая в оппозицию президенту, кое-кто из ее лидеров погиб при неясных обстоятельствах, другие вместе с руководителем «Мхед- риони» Иоселиани арестованы МГБ и отправлены в Орчаталь- скую тюрьму, известную как острог для политзаключенных еще в царской России. Также преследовались и лидеры Национал- демократической партии и Национального конгресса, и представители ультракоммунистических групп. Лидеры армянской общины в Грузии «Джавакх» заявили в прессе, что МГБ Грузии получило задание от Шеварднадзе организовать их тайные ликвидации.

Такие же силовые акции предпринимались и в отношении населения Абхазии и Южной Осетии, в которых грузинское руководство в 90-е годы безуспешно пыталось подавить сепаратистские движения. В результате военных действий грузинская армия была выбита абхазскими ополченцами из Сухуми и осетинами из Цхинвали. МГБ и Департамент разведки вели при этом настоящий террор в тылу абхазов и осетин, особенно в абхазскую войну 1992—1993 гг. В 1994 г. российские спецслужбы в Сочи арестовали диверсионную группу из четырех грузин, готовивших теракты в Абхазии, все они оказались сотрудниками МГБ.

События в жизни МГБ 1993—1995 гг. связаны с Георгадзе. Именно он стоял за многими тайными акциями против «звиа- дистов», национал-оппозиции президенту, абхазских и осетинских сепаратистов. При нем МГБ и внешняя разведка Грузии начали свои операции в СНГ, куда Грузия вступила в 1993 г., и дальнем зарубежье. Георгадзе имел хорошие связи в российских спецслужбах и организовал направление в Грузию инструкторов ФСБ и ГРУ, а также налаживал отношения со спецслужбами Запада, пригласив их спецов для обучения президентской охраны и антитеррористических отрядов. Российская контрразведка в 90-е годы фиксировала контакты грузинской разведки и МГБ с чеченскими террористами, передачу им оружия. Так, большая партия оружия была передана чеченцам из отрядов Аслана Масхадова в Панкисском ущелье у российско- грузинской границы, в обмен чеченцы передали несколько заложников из числа грузинских граждан. В Тбилиси появлялись лидеры чеченских боевиков Радуев, Арсанов («Змей»), Удугов, объявленные Россией в международный розыск по линии Интерпола. Здесь же в грузинской столице официально и под крылом грузинского МГБ действовало представительство «Республики Чечня—Ичкерия» во главе с Алдановым. В Панкисском ущелье Грузии базировался отряд чеченских боевиков Гелаева, и представители МГБ встречались с лидерами бандитов, в частности такие встречи проходили в селе Дуиси.

Республики Чечня—Ичкерия

1995 год стал переломным для молодых грузинских спецслужб. К букету обвинений в массовых убийствах и преследовании оппозиции, связях с грузинскими «ворами в законе» и чеченскими террористами, причастности к торговле наркотиками и оружием добавилось и соучастие в попытке государственного переворота с покушением на президента страны. В числе заговорщиков, ставивших своей целью свалить Шеварднадзе, оказался и министр госбезопасности Георгадзе. Осенью

1995 г. взрыв на пути кортежа президента вызвал жертвы и разрушения, сам Шеварднадзе был лишь слегка оцарапан осколками. Уже спустя месяц спецслужбы заявили, что взрыв организовали террористы группировки «Мхедриони» во главе с известным криминальным авторитетом Иоселиани и их союзники — заговорщики из МГБ во главе с руководителем этого ведомства Георгадзе. К концу 1995 г. «Мхедриони» была ликвидирована, а ее руководство арестовано. Массовые аресты прошли и в МГБ, включая специалистов антитеррористи- ческого и специального отделов, обвинявшихся в исполнении терактов. Арестован и заместитель министра госбезопасности Хачишвили, сам министр Георгадзе успел выехать в Россию. Он не раз затем открыто появлялся в Москве, давал обширные интервью, несмотря на то что своим бывшим ведомством был объявлен в международный розыск по обвинению в терроризме. Георгадзе призывал к борьбе с коррумпированным и авторитарным режимом Шеварднадзе, но своего участия в тбилисском теракте не признавал. Один из главных обвиняемых в теракте, соратник Георгадзе и офицер МГБ Папуашвили, «скончался от инфаркта» прямо во время допроса в изоляторе своего бывшего ведомства. По итогам того же следствия власти обвинили в пособничестве заговорщикам российские спецслужбы и прямо заявляли, что Георгадзе успел покинуть Грузию под носом у группы захвата на российском военном самолете с военной базы в Вазиани. Тремя годами позднее Георгадзе якобы оказался соучастником покушения на Шеварднадзе в Тбилиси, когда президентский кортеж был обстрелян из засады на набережной Куры и погибли два телохранителя. В организации этого теракта обвиняли также и звиадистское подполье, и чеченских террористов из группы Радуева «Волки». Грузии удалось добиться ареста в Российской Федерации и экстрадиции в Тбилиси лидера звиадистской эмиграции Абснадзе, бывшего при Гамсахурдиа министром финансов. Георгадзе до сих пор не найден, недавно его следы обнаружились в Австрии.

Госбезопасности Квирая

Сменивший Георгадзе в кресле министра госбезопасности Квирая был известен столь же крутым нравом и боевым прошлым, включая мингрельские расстрелы пленных «звиадистов» в 1994 г. Не прошло и года, как Квирая был обвинен в гаком же заговоре против Шеварднадзе, а также в организации незаконной слежки за политиками и сборе компромата на них. Разбиравшая деятельность Квирая комиссия предъявила ему обвинения в связях с лидерами грузинских криминальных кругов Иоселиани и Берадзе, ь организации политических убийств. Обвинения касались и периода руководства Квирая МГБ, и предшествующих лет, когда Квирая была министром внутренних дел. В числе жертв политических убийств, организованных Квирая и его соучастниками внутри МГБ, были и такие известные в республике люди, как советник и личный друг президента Хабиешвили и глава Центробанка Давлиашвили, загадочным образом «выпавший» из окна кабинета следователя в здании МГБ во время допроса. В адрес Квирая прозвучали и слова о его личной причастности к тайным поставкам оружия в Чечню и Иран. По спецслужбам Грузии в 1996 г. прокатилась очередная и уже третья по счету волна увольнений и арестов. Министров ГБ вместо Квирая назначен Гахокидзе.

Гахокидзе сменил Кутателадзе, бывший до того момента начальником Службы государственной охраны. Но и это обстоятельство, и доверие Шеварднадзе не сулили новому главе МГБ тихой жизни. В 2001 г. разразился скандал с налетом группы МГБ на редакцию оппозиционной газеты «Рустави», позднее при неясных обстоятельствах погиб один из репортеров этой газеты. Оппозиция вывела людей на улицы, требуя отставки Шеварднадзе. Уступая митинговой волне, президент уволил Кутателадзе, а главный обвиняемый в давлении на оппозицию глава Совета Безопасности Грузии Саджая застрелился.

АРМЕНИЯ

После 1991 г. власть оказалась в руках вчерашних диссидентов из Армянского объединенного движения (АОД) во главе с президентом Тер-Петросяном. При нем были созданы ГУНБ (Главное управление национальной безопасности) для внешней разведки, контрразведки и обеспечения госбезопасности, а также Управление охраны президента. Во главе ГУНБ Тер-Петросян ‘поставил своего давнего соратника по движению АОД и диссидентскому комитету «Арцах» Манучаряна.

Начало 90-х годов прошло в жарких боях армянского ополчения за Карабах, вылившихся в войну Армении против Азербайджана. Активные боевые действия на границе этих бывших советских республик и в самом Нагорном Карабахе завершились только в 1994 г., но напряженность между Баку и Ереваном сохраняется и теперь. Все эти годы ГУНБ было активным участником тайной войны против Азербайджана и организатором диверсий в азербайджанском тылу. Несколько раз диверсионные группы проникали в Азербайджан для совершения там террористических акций. В азербайджанскую армию был внедрен армянский разведчик Барашян, совершивший акты диверсий в артиллерийских частях, в 1996 г. он арестован азербайджанскими контрразведчиками и расстрелян.

В таких диверсиях армянские спецслужбы активно сотрудничали и с нелегальными партизанскими группами карабахских армян, фактически являвшихся террористами — АНА (Армянская национальная армия), «Еркпай», «Мстители», — а также привлекали на карабахский фронт в качестве добровольцев и диверсантов членов террористических организаций армян зарубежной диаспоры — АСАЛА, АРА, «Гюлимян», «Коммандос». Лидер АРА (Армянской революционной армии) Мелко- нян (кличка «Аво»), известный по серии антитурецких терактов в Европе, в 1993 г. был убит в боях на карабахском фронте. Диверсионными рейдами «федаинов» из числа карабахских армян руководил известный Татевосян по прозвищу «Коммандос». Лидеры террористических группировок диаспоры, ввезенные в Армению во времена войны за Карабах, стали затем главной опорой оппозиционной Тер-Петросяну националистической партии «дашнаков», в противостоянии с которой президент лишился своего поста в 1998 г. Практика использования деятелей армянского террора привела к созданию «дашнаками» тайной террористической группы «Дро», боровшейся против режима Тер-Петросяна. Такую же поддержку спецслужбы независимой Армении оказывали за рубежом и антитурец- кой террористической группировке курдов КРП, чьих бойцов также использовали для террора в Карабахе.

Используя армянские диаспоры в странах Европы, Америки и Азии, ГУНБ сумело выстроить свои первые зарубежные резидентуры и наладить работу за пределами Армении и бывшего СССР. В 1995 г. в Чехии местные спецслужбы арестовали за контакты с наркомафией четырех сотрудников разведки армянского ГУНБ. В Ливане ГУНБ замечено в связях с разыскиваемыми Интерполом лидерами местных террористов армянской диаспоры из организации АСАЛА.

Тер-Петросян

В конце 90-х Тер-Петросян и его правящая партия АОД вступили в открытый конфликт с националистами, группирующимися вокруг «дашнаков», и карабахскими радикалами, требующими немедленного присоединения непризнанной республики к Армении. Как теперь установлено, в годы правления АОД и Тер-Петросяна в тюрьме Нубарашен действовал пыточный центр. Здесь «скончался при допросе» оппозиционер Егиаза- рян, связанный с «дашнаками». Через подвалы Нубарашена прошли и многие арестованные участники уличных антипре- зидентских беспорядков 1997 г., подавленных ГУНБ и его ан- титеррористической спецкомандой.

В 1998 г. состоялся государственный переворот. Группа заговорщиков из числа силовых министров, поддержанная радикальной оппозицией, предъявила Тер-Петросяну ультиматум и заставила его досрочно сложить полномочия. В этом тихом государственном перевороте принял деятельное участие и тогдашний глава ГУНБ Саркисян, он был в числе силовых министров, заставивших президента сдать власть без боя. Новым президентом стал бывший лидер карабахских армян Кочарян, главное действующее лицо заговора, в тот момент он являлся премьер-министром страны. Из тюрем были сразу выпущены многие оппозиционеры и «дашнаки», а в ГУНБ прошли чистки, Саркисян избавлялся от сторонников экс-президента и АОД. Кампания вылилась в новые политические преследования, теперь в роли жертв выступали известные соратники опального президента. Так, главком внутренних войск генерал Маркарян после покушения на него обвинил в организации переворота ГУНБ во главе с Саркисяном. О подготовке покушения заявил и уволенный с должности глава Службы охраны президента при Тер-Петросяне генерал Казарян, известный своей дружбой с российским коллегой Коржаковым. После сообщения о готовящемся на него покушении Казарян в 1998 г. предпочел эмигрировать. Скрылся и личный друг Тер-Петросяна и глава МВД при нем Сирадегян, его обвинили в приказе на ликвидацию нескольких оппозиционеров в середине 90-х и объявили в международный розыск. В 1999 г. Вано Сирадегян вернулся в Армению из Объединенных Арабских Эмиратов и был арестован, по тому же делу взяты под стражу и несколько офицеров ГУНБ.

Начальник ГУНБ Саркисян недолго занимал свой пост при новом президенте Кочаряне. В 1999 г. террористы из группы Унаняна ворвались в армянский парламент и открыли стрельбу. Пострадало более десятка депутатов, а также спикер парламента Демирчян (бывший первый секретарь компартии Армянской ССР) и премьер-министр страны Вазген Саркисян. После гибели своего однофамильца-премьера и других жертв стрельбы в парламенте Саркисян и был удален с должности главы ГУНБ с формулировкой «за халатность», что не помешало ему вскоре стать главой аппарата президента Кочаряна.

АЗЕРБАЙДЖАН

Первые независимые азербайджанские спецслужбы образовались на базе республиканского КГБ. Новая структура получила название МБ (Министерство безопасности), ее возглавил соратник Аяза Муталибова и последний глава республиканского КГБ Гусейнов, за которым прочно закрепилась слава главного усмирителя Бакинского восстания НФА 1990 г. Параллельно была создана и новая служба Военной разведки. Главным спецназом Азербайджана стал бывший милицейский республиканский ОМОН (Отряд милиции особого назначения), переименованный с 1992 г. в ОПОН (Отряд полиции особого назначения).

При Муталибове в Азербайджане продолжились тайные акции МБ и Военной разведки против Карабаха и поддерживавшей его борьбу Армении, несмотря на одновременное членство обеих республик в СНГ. Но главным направлением удара стали националистическая оппозиция НФА и радикалы партии «Мусават», а позднее исламисты групп «Товба» и «Джейшул- лалах». Главный штаб НФА был взят штурмом спецназом. ОПОН был использован для пресечения рабочих забастовок на фабриках Баку и Гянджи.

Правление Аяза Муталибова оказалось недолгим: летом 1992 г. он был вынужден к отставке уличными выступлениями сторонников НФА и бунтом националистически настроенных офицеров, приведших в Баку свои части с карабахского фронта. На сторону протестующих перешел ОПОН. Муталибов сдал власть оппозиции и бежал в Россию, где укрывается по сей день. В Российской Федерации скрылись и многие верные ему сотрудники МБ и спецназа, включая министра безопасности Гусейнова, выдачи которого новый режим НФА во главе с президентом Эльчибеем требовал из-за того, что Гусейнов руководил разгромом восстания в Баку.

При националистическом режиме Абульфаза Эльчибея и партии НФА, взявших курс на дружбу с Турцией и исламским миром, МБ было сохранено. Министром безопасности был назначен Акперов, затем его сменил старый соратник Эльчибея и активист НФА Тахмазов. Военной разведкой руководил Гази- ев, организатор увода с фронта бунтующих частей на поддержку мятежа в Баку и ветеран НФА. За год правления Эльчибея (1992—1993 гг.) МБ при участии советников и инструкторов турецкой разведки МИТ продолжало диверсии против армян в Карабахе. С оппозицией разбирались столь же жестоко, как и при Муталибове. Были разгромлены и оппозиционный союз «Гардашлыг», и исламская партия «Товба». Редакция газеты «Гардашлыг» была ликвидирована при налете МБ и спецназа ОПОН при личном участии главы МБ Тахмазова и министра внутренних дел Гамидова. При них же в Азербайджане официально открылось представительство пантюркистской террористической организации «Серые волки», в которую Гамидов официально вступил. Налаживались связи с другими исламскими группами террора за рубежом, а также с сепаратистами Дудаева, которым через Баку переправлялись арабские добровольцы с Ближнего Востока и оружие.

Еще одним малоизученным аспектом деятельности МБ при Эльчибее стало подавление сепаратистского движения ираноязычных талышей на юге страны. В 1993 г. талышское движение в Мугани было разгромлено в результате спецоперации МБ и ОПОН, его лидер Гумбетов скрылся, но был найден и доставлен в Бакинский изолятор МБ. Такие же акции проведены на севере против лезгинского движения «Садвал». В Баку и Массалы силой подавлены уличные выступления сторонников Муталибова.

Поражения в Карабахе

В 1993 г. поражения в Карабахе привели к очередному путчу в Баку. На этот раз войска с фронта привел мятежный полковник Сурет Гусейнов, свергший власть НФА и Эльчибея и назначивший себя премьер-министром. Приглашенный Гусейновым на роль спасителя отечества Гейдар Алиев вскоре оттеснил от власти своего помощника, упрятав его в тюрьму, а сам создал мощнейшую вертикаль власти, в которой спецслужбам отвозилась роль главного хранителя власти. Эльчибей после скитаний в Нахичевани и Турции скончался от рака в военном госпитале Анкары. Все его сторонники были в 1993 г. выметены Гусейновым из МБ, Военной разведки и ОПОН. Многие арестованы и оказались в Баиловской политической тюрьме Баку, в их числе были и экс-глава МБ Тахмазов, и бывший начальник военных разведчиков и министр обороны при НФА Газиев, и главный «серый волк» и глава МВД Гамидов.

Алиев обладал опытом работы в КГБ Азербайджана, придавал большое значение кадровому укреплению спецслужб своими людьми и противодействию любой оппозиции. После чистки рядов МБ возглавил новый министр Имранов. Помимо разведки и госбезопасности, в Азербайджане с 1994 г. по указу Алиева действует Особое управление — тайная полиция. Руководить новой спецслужбой президент поручил своему старому соратнику Рагимову.

К 1995 г. оппозиция была задавлена. Под репрессии попали и представители НФА, и члены «Мусават», и коммунисты, и сторонники Муталибова, и национальные движения на окраинах, и прозападные либералы, и люди опального Сурета Гусейнова, и исламисты из «Товба» и «Джейшуллалах». К этому времени карабахский конфликт перешел из военной стадии в режим тлеющего напряжения, и руки МБ и Особого управления были развязаны для внутренних чисток. О применении недозволенных мер допросов заявляли и арестованные лидеры НФА (Газиев, Рагимли), и лидер талышей Гумбетов, и оппозиционный журналист Тогисой, и связанный с оппозицией турок с австрийским гражданством Гюрель, и тайно захваченный МБ в Габалле из расположения военной радиолокационной базы Российской Федерации сотрудник российской разведки ГРУ.

Некоторые участники переворота

В 1995 г. верные Алиеву МБ и Особое управление предотвратили государственный переворот, эпицентр которого находился внутри спецслужб. Министр безопасности Имранов установил контакт с оппозиционерами и стал участником заговора против Алиева. Главной ударной силой мятежников были бойцы отряда спецназа ОПОН во главе с командиром Джавадовым. Уже после подавления путча бойцы ОПОН забаррикадировались на своей базе в Массалы и вели долгий бой против регулярной армии. В этом бою многие из них погибли, включая и самого Джавадова. Его брат и тоже активный участник заговора в МБ Равшан Джавадов был одним из немногих, сумевших скрыться, нелегально выехав в Иран. Еще один известный заговорщик из спецслужб, Зейнебов, скрылся в России, но был арестован российской ФСБ и передан МБ в Баку. Было арестовано несколько десятков офицеров МБ, а также его глава Имранов. Во главе реформированного МБ Алиев в 1995 г. поставил нового министра — Аббасова. Имранов же в застенках Баиловской тюрьмы встретился с недавно репрессированными при его же участии лидерами НФА и окружением Сурета Гусейнова. Бывшие враги объединились, и Имранов вместе с бывшим руководителем Военной разведки при Эльчибее Гази- евым и другими народнофронтовцами бежали из тюрьмы, скрывшись за границей.

Некоторые участники переворота из числа офицеров МБ и ОПОН объединились в подпольные группы террора и совершили несколько акций против команды Алиева. В числе убитых ими оказался и начальник Особого управления Рагимов — его убили бывшие бойцы ОПОН в 1996 г. Многие из этих бывших сотрудников были арестованы после неудавшейся попытки сбить ракетой самолет Алиева, эту попытку должен был осуществить бывший опоновец Бахшалиев, участник событий 1995 года.

Алиев умеет и успешно борется со своими врагами. Сурет Гусейнов, осужденный в Баку за попытку государственного переворота, был выдан Россией. Экс-спикер азербайджанского парламента Гулиев, вынужденный скрываться за рубежом, подвергся целой пропагандистской кампании, в ходе которой активно использовался слух о внебрачном происхождении Гулиева от отца-армянина, что, по мнению организаторов акции, должно было дискредитировать оппозиционного политика в глазах населения.

КАЗАХСТАН

Власть в Казахстане к 1991 г. прочно удерживал бывший глава республиканских коммунистов Нурсултан Назарбаев. Он и его ближайшее окружение из родного жуза (клана) никому не отдали эту власть до сегодняшнего дня. Использовались административные рычаги постоянного продления полномочий Назарбаева и создание сильной системы служб безопасности для выявления и искоренения любой потенциальной политической угрозы.

В 1992 г. на базе КГБ была создана отдельная служба НБ (Национальная безопасность), включавшая в себя отделы разведки, контрразведки, охраны конституционного строя, обеспечения госбезопасности, охраны государственных границ, оперативной деятельности. В том же году создан специальный орган госохраны — Служба охраны президента. Позднее, уже в Г997 г., внешняя разведка была выделена по европейскому образцу в отдельную службу. Новая служба разведки так и называлась — «Барлау» («разведка»); в отличие от ее предшественников, базировавшихся в Алма-Ате, офис «Барлау» расположился в новой казахской столице — Акмоле (вскоре переименованной в Астану).

Казахские службы безопасности помогали соседям по региону и союзникам по СНГ в их борьбе с оппозиционерами. В 1999 г. на территории Казахстана арестовано более 30 узбекских исламистов, выданных затем Ташкенту. НБ арестовала лидеров зарубежного крыла уйгурского национального движения, некоторых из них, таких как Сабит или Мохатхир, выдали Китаю, несмотря на угрожавшую им смертную казнь. В 1999 г. репрессии коснулись курдской общины. Спецназ разогнал крупный митинг курдов, собравшихся в знак протеста против ареста Оджолана. Многие курдские активисты были избиты и арестованы.

Вокруг казахских спецслужб постоянно возникало разного рода напряжение. То сотрудника Хадеева арестуют свои же бывшие коллеги за тайную работу на разведку Ирана и Турции, то оппозиция обвинит в коррупции высокопоставленного сотрудника НБ и зятя президента Назарбаева Алиева. То всплывут факты участия спецслужб в продаже оружия из Казахстана. То из спецслужб увольняют ветерана еще советского КГБ Казахской ССР Таирова, признавшегося, что в 1987 г. из националистических побуждений он готовил убийство присланного Москвой Колбина, предшественника Назарбаева.

В 1999 г. начальник НБ Мусаев, имевший незавидную репутацию, был отправлен в отставку под градом обвинений прессы и оппозиционных партий. На посту шефа НБ оказался Абы- каев, попавший в эпицентр еще более скандальной истории. При Абыкаеве НБ вступила в конфликт с МВД и Службой охраны президента. И на министра внутренних дел Сулейменова, и на главу Службы охраны Президента Баекенова сотрудники НБ по приказу своего шефа начали собирать компромат и «сливать» его прессе и президентскому окружению. Но и Сулейменов с Баекеновым сумели добыть порочащую Абыкаева информацию и представить ее Назарбаеву. Речь шла о разгуле коррупции в НБ и взяточничестве, о тайных счетах жены Абыкаева в швейцарских банках, о покровительстве торговцам оружием. Назарбаев был вынужден уволить Абыкаева, правда, вскоре назначил заместителем министра иностранных дел.

В результате во главе НБ с 2000 г. вновь встал гроза оппозиции и опора президента Мусаев. Укрепил свои позиции и главный «охранник» Назарбаева Баекенов, пытавшийся придать своему специфическому органу образ ГУО Российской Федерации времен Барсукова -v- Коржакова. Почти нигде, кроме пространства бывшего СССР, служба охраны первых лиц государства не имела такого значительного статуса и расширенных полномочий. Казахстан продвинулся дальше всех. Назарбаев в 2001 г. первым в СНГ внедрил арабско-корейский опыт, поставив у руля главной спецслужбы НБ своего близкого родственника Мусаева. В этой должности его сменил муж дочери — Алиев, до того возглавлявший управление НБ по Алма- Ате и таможенный комитет.

ТАДЖИКИСТАН

Новые таджикские спецслужбы образовались в 1992 г. Главной из них стал КНБ (Комитет национальной безопасности), сформированный на базе бывшего республиканского КГБ. Первым председателем стал ветеран таджикских органов КГБ Тур- сунов. Он наладил хорошие связи с другими осколками бывшего гиганта КГБ на постсоветском пространстве, особенно с российскими и узбекскими спецслужбами. В 1993 г. в разгар гражданской войны в республике Турсунов ушел в отставку и уехал в Россию, где некоторое время работал консультантом российской ФСБ по связи между ней и новым руководством КНБ Таджикистана.

Кроме КНБ в республике с 1992 г. действуют Военная разведка и АБН (Агентство борьбы с наркотиками). С 1992 г. обстановка внутри страны вынудила правительство создать разветвленную систему спецназа — этих групп насчитывалось до десяти. Главными из них и наиболее подготовленными считались «Особый полк КНБ», «Бригада быстрого реагирования» в армии и «Оперативный полк» (антитеррористический спецназ при МВД).

КНБ и другие спецслужбы не смогли предотвратить весной

В последующие два года кровопролитной войны КНБ запятнал себя массовыми убийствами сторонников ИПВ, Демпартии и просто выходцев из Памира и Бадахшана. В карательных походах по Памиру, Гарму и Горному Бадахшану участвовали спецназовцы «Оперативного полка» во главе с новыми командирами Чоловым и Касымовым, «Особого полка КНБ» во главе с Шамоловым и армейской «Бригады быстрого реагирования» во главе с Худойбердыевым. Заброска диверсантов этих спецгрупп, КНБ и Военной разведки уже при Рахмонове в тыл объединившейся исламско-племенной оппозиции (ОТО) осуществлялась даже на территории Афганистана, где командиры и боевики ОТО находили приют у местных моджахедов. Несколько лидеров ОТО были убиты в лагерях беженцев на севере Афганистана, здесь же готовили покушения на главу ИПВ муфтия Тураижон-Зода и главного командира бойцов ОТО Садирова. Садиров впоследствии вернулся в страну, в 1997 г. его выследила и ликвидировала спецгруппа КНБ на окраине Душанбе. Его младший брат, тоже известный террорист, захвачен КНБ живым.

Войны КНБ

Покушения на эмигрантов из ИПВ и Демократической партии происходили и в республиках СНГ В России агенты КНБ несколько раз покушались на лидеров оппозиции, в том числе и на ее идеолога Автулло. В 1993 г. милиция в Москве задержала таджикского гражданина с автоматом в сумке, им оказался кадровый сотрудник КНБ, прибывший в российскую столицу для устранения нескольких эмигрантских лидеров.

КНБ принял активное участие в свержении в 1993 г. президента «южан» Искандарова и приведении к власти очередного правителя Рахмонова. КНБ в это время возглавлял Сафарли Кенд- жаев, активный сторонник кулябцев и Рахмонова. Кенджаев лично участвовал в уличных боях с памирцами в Душанбе и даже был ранен. Он успел побыть спикером таджикского парламента, а после ухода из КНБ работал в правительстве Рахмоиова и был депутатом нового созыва. В 1999 г. Кенджаева застрелили возле его дома в Душанбе, подозревают, что с ним расправились бывшие бойцы ОТО из числа непримиримых, не простившие гибели своих товарищей в 1992—1993 гг. Кенджаев стал третьим в СНГ руководителем спецслужб, убитым в связи с его деятельностью, до него так погибли грузин Бахия и азербайджанец Рагимов.

После Кенджаева КНБ руководил Камолов, сторонник президента Рахмонова, его сменил генерал Зухуров. К 1994 г. кровопролитная война закончилась, основная часть вооруженной оппозиции ОТО подписала с Рахмоновым перемирие, некоторые непримиримые командиры (Сафаров, Ибрагим, Саидов) были ликвидированы. Остальные лидеры боевиков ОТО даже вошли в правительство или заняли видное место в спецслужбах, как, например, Сангинов или Зийоев. Сангинову службы в КНБ не простили бывшие непримиримые соратники, в 2001 г. он был убит на улице Душанбе. Последней была ликвидирована группировка братьев Садировых. После захвата ими в заложники иностранных граждан на переговоры с Резвоном и Бахромом Садировы- ми в горы ездил председатель КНБ Зухуров, но сам-оказался в заложниках у братьев-разбойников вместе с сопровождавшими его сотрудниками КНБ. Этот недолгий и уникальный в истории спецслужб плен руководителя государственной безопасности продлился недолго, Зухурова вскоре освободили. Бахром Садиров был взят в плен спецгруппой КНБ и бойцами «Особого полка КНБ» здесь же в горах. Резвон Садиров убил француженку-за- ложницу и с небольшим отрядом выбрался из окружения, но вскоре его выследили и убили в бою в пригороде Душанбе.

При Камолове

В послевоенные годы при Камолове, а затем Зухурове КНБ обвиняли во вмешательстве в затяжной афганский конфликт на стороне местных таджиков из отрядов Раббани и Шах-Ма- суда. Из Душанбе антиталибской коалиции «Северный альянс» во главе с Раббани шли караваны оружия, а также приезжали таджикские инструкторы. Внутри самого Таджикистана продолжались репрессии против непримиримых оппозиционеров и исламистов. Были захвачены и подвергнуты пыткам члены радикального крыла ИПВ и еще более радикальной группы «Ислами-Хезби». Арестованы лидеры Демпартии Миррахимов и Собир. По восточной традиции спецслужбы Рахмонова несколько раз брали в заложники и членов семей непойманных еще террористов и лидеров партизанских отрядов. Радикальная оппозиция в конце 90-х годов обвиняла КНБ и в убийствах некоторых своих лидеров, как, например, Латифи, ликвидированного в 1998 году.

Затишье послевоенных лет не раз нарушали заговоры внутри таджикских спецслужб. Особенно прославилась элитная спецназовская «Бригада быстрого реагирования», возглавляемая героем боев с исламистами 1993 г. полковником Худой- бердыевым. В 1996 г. в бригаде начался мятеж, ее бойцы во главе с полковником отказались подчиняться Рахмонову и захватили Тавильдару, разогнав местные вооруженные криминальные группировки. Заблокированные правительственной армией спецназовцы Худойбердыева после долгих переговоров вновь вошли в подчинение руководству министерства обороны и президента и были посланы искоренять партизанские гнезда непримиримых из ИПВ в долине Вахша. Но в 1997 г. Худойбер- дыев вновь решил, что его обманули, и снова его бригада повернула оружие против правительства. Спецназ пошел на Душанбе, угрожая свергнуть Рахмонова, но по дороге был блокирован в Курган-Тюбе армией и элитным подразделением «Оперативный полк» во главе с Касымовым. После долгого боя мятежный спецназ был разгромлен, Худойбердыев вместе с несколькими верными бойцами бежал в горы. Из оставшихся у него в подчинении остатков бригады и недовольных центральной властью узбеков на окраинах Таджикистана он сформиро-’ вал новый партизанский отряд и в 1998 г. захватил на некоторое время крупный город Ходжент. После разгрома Худойбердыев и его сподвижник Абдулоджонов бежали в Узбекистан, где нашли приют под крылом местных спецслужб. Необходимо отметить, что и при подавлении мятежа «Бригады быстрого реагирования» в Курган-Тюбе, и при зачистках в окрестностях Ходжента и в селах восставших узбеков правительственный спецназ «Оперативного полка» и КНБ проявили неадекватную жестокость, убивая пленных мятежников десятками. Но Таджикистан к этому уже привык: так же в середине 90-х зачищали и Вахш, и Памир, и Курган-Тюбе, и Айни, и Гарм. Полковник Худойбердыев до сих пор находится в розыске, а его элитная бригада после мятежа распущена.

ТУРКМЕНИСТАН

«Пастух без палки не бывает».

Внутренний режим в Туркменистане суров. Немалая заслуга £ этом принадлежит КНБ, проводившему в 90-е годы суровую «профилактическую работу» с внутренней оппозицией. Главными организаторами удушения инакомыслящих объединений считают Саидова и сменившего его на этом посту Ата- мурадова. Почти все видные представители оппозиционных партий «Агзыбирлик», «Туркменистан», Демпартии либо находятся в изоляторе КНБ, либо скрываются в эмиграции.

Акции против недовольных внутри страны и политэмигрантов в СНГ исчисляются десятками.

Только в Москве сотрудники туркменского КНБ совершили несколько покушений на своих политических изгнанников и попыток их похищения. Такие акции предпринимались в России и против лидеров оппозиционного движения в изгнании Хадырова и Нурмурадова. В самом Туркменистане их соратники по руководству Демпартией и народным фронтом «Агзыбирлик» Анурмамедов и Ковшутова брошены в тюрьму. В

1994 г. в Москве спецгруппа КНБ при содействии российской ФСБ захватила и доставила в Ашхабад лидеров союза «Туркменистан» в изгнании Эсенова и Союнова, оба осуждены за заговор против Туркменбаши. Их соратник Кулиев, бывший в первые годы независимости министром иностранных дел при Ниязове, обманом выманен в Ашхабад и схвачен в аэропорту.

Туркменская народная пословица

Затем такие операции перенесли в Узбекистан, здесь при помощи узбекской СНБУ захвачены лидеры союза «Туркменистан» Гараев и Аймурадов. В 1999 г. из Ашхабада поступило известие о том, что Гараев покончил с собой в следственном изоляторе города Туркменбаши (бывшего Красноводска), но оппозиция твердо заявляла об имеющихся у нее доказательствах убийства Гараева в камере сотрудниками КНБ. Его подельник по следственному делу Аймурадов сумел бежать вместе с двумя уголовниками.

Режим Ниязова постоянно находил новых врагов даже среди правящей элиты. Несколько чисток в конце 90-х обновили ближний круг Туркменбаши, эти чистки коснулись и силовых структур, и спецслужб. Последний случай искоренения «великого заговора против Ниязова» имел место в 2001 г. Теперь в роли главного заговорщика выступил недавний министр иностранных дел страны Шихмурадов и ряд его соратников. Ших- мурадов успел выехать из республики и избежал ареста, как и отказавшийся вернуться в страну туркменский посол в Турции Ханамов. Другие высокопоставленные чиновники были арестованы в конце 2001 г. по обвинению в соучастии в заговоре, в их числе были такие известные в стране политики, как Нурыев и Кулиев. В числе арестованных был и действующий на момент ареста глава МИДа Бердыев, это уже третий глава внешнеполитического ведомства, попавший в опалу. У многих арестованных или бежавших из страны «заговорщиков» были задержаны или репрессированы близкие и дальние родственники. К марту 2002 г. в стране по делу Шихмурадова и его соратников арестовано более 100 человек.

Шихмурадов в изгнании стал одним из главных врагов Ниязова. К концу 90-х из уст эмигрантов в адрес режима Туркменбаши прозвучало и новое обвинение: в поощрении племенного разделения туркмен внутри страны и в наборе во власть и спецслужбы представителей приближенных к власти племен (текинцев, сарларов и т. д.).

Туркменская разведка контактировала с талибами в Афганистане. Ашхабад единственный не выступал против средневекового режима талибов в Кабуле и не помогал в борьбе с ним ни России, ни США, нИ Ирану, ни «Северному альянсу» с его таджикскими и узбекскими покровителями.

КЫРГЫЗСТАН

К 1992 г. были созданы новые спецслужбы независимого государства. Для функций разведки, контрразведки и обеспечения госбезопасности было сформировано МНБ (Министерство национальной безопасности), его руководителем был назначен популярный в республике милицейский генерал Кулов. В армии выделена в отдельную структуру Военная контрразведка. В связи с нелегальным наркооборотом в Кыргызстане была создана Комиссия по борьбе с наркотиками, которую возглавил милицейский генерал Мамеев.

Киргизский спецназ при МНБ включал в себя группу антитеррора и специальные войсковые части — Силы безопасности Кыргызстана. Позднее с подачи Кулова в МНБ появилось засекреченное формирование «Калкан» для спецопераций, предполагавших силовое и тайное воздействие.

При Кулове МНБ устанавливало связи с коллегами в СНГ по старым каналам, налаживало внешние связи с другими соседями (Китай, Афганистан), преследовало оппозицию режиму Акаева (националистов с юга республики, исламистов, коммунистов, национальные меньшинства), оказывало помощь коллегам из Узбекистана и Таджикистана в операциях против их эмигрантов, находившихся на киргизской территории. В 1999 г. большая группа узбекских граждан была арестована МНБ и выдана Ташкенту. Киргизский спецназ был задействован в операциях против исламистов ИПВ в Таджикистане.

Такая интернациональная помощь обернулась для Кыргызстана и его спецслужб серьезными испытаниями в 1999 г., когда с узбекской территории в район Боткена вторглась вооруженная группа исламистов Джумы Намангани. В операции против узбекских партизан выявилась оперативная слабость МНБ и Военной контрразведки киргизов, а в войсковых подразделениях МНБ — слабость в антитеррористических действиях. Войсковые части Сил безопасности были разгромлены боевиками Намангани, а командир этого подразделения генерал Шамкеев вместе с некоторыми бойцами попал в плен и был отпущен только спустя два месяца после долгих переговоров. Группу Намангани с большим трудом и потерями удалось вытеснить за пределы Кыргызстана только при помощи узбекского правительственного десанта. Многие вслед за Намангани ушли в Афганистан к талибам. На этом неприятности для киргизских спецслужб в борьбе с исламистами не закончились. Во время боев в Боткене в руки Намангани попала группа японских телевизионщиков и геологов, поэтому правительство Японии передало через киргизское МНБ выкуп за них для террористов. После того как японцы были отбиты у исламистов, как полагали в Токио, безо всякого выкупа, МНБ деньги японскому правительству не эерну- ло, заявив, что их заплатили людям Намангани. Протесты Японии ни к чему не привели, деньги исчезли. Японцы не сомневались, что их присвоила верхушка МНБ.

Новые проблемы вокруг спецслужб независимого Кыргызстана начались в 1998 г. после массовых чисток в местных органах безопасности. Несколько высокопоставленных офицеров МНБ и Военной контрразведки были арестованы за контакты с киргизской наркомафией. Затем возникло дело группы «Калкан» и экс-главы МНБ Кулова.

Акаев периодически перетряхивал свое окружение, круша истинные и мнимые заговоры против себя и своего клана. В очередные заговорщики попал и набравший мощный политический вес генерал Кулов, после МНБ и МВД он стал вице- президентом и вступил в противоборство с бывшим патроном, но Кулов успел создать собственную партию «Достоинство», его арест в 2000 г. сопровождался массовыми уличными акциями в Бишкеке. Спецназ МНБ, возглавляемый заместителем начальника этой спецслужбы Полуэктовым, жестоко разогнал эти митинги, а их организатора Тургуналиева захватили вместе с Куловым, обоих бросили в камеры к уголовникам.

Репрессии против оппозиционных сил «Достоинства»

Тогда власть и обнародовала правду о секретной группе спецопераций «Калкан», действовавшей в недрах МНБ при министре Кулове. Сотрудников «Калкана», которых также арестовали, обвиняли в ведении незаконной слежки за киргизскими политиками, сборе на них компромата и даже в тайных ликвидациях неугодных Кулову граждан в середине и конце 90-х годов. В числе жертв «Калкана» называли и министра безопасности Бакаева, сменившего в свое время Кулова. Официально Бакаев погиб в автокатастрофе, но следствие полагало, что к трагедии причастны «Калкан» и лично Кулов. МНБ во главе с новым министром Аширкуловым приложило руку к осуждению его и его соратников по движению: Кулов получил 7 лет лишения свободы.

Репрессии против оппозиционных сил «Достоинства», Демпартии, националистов из союза «Асаба» и исламистов в 2000— 2002 гг. набирали силу. Особенно это было заметно в Оше и Джелалабаде, где киргизское население традиционно поддерживало исламистов и требовало изгнать американские войска с авиабазы Манас, откуда те бомбили талибов. В 2002 г. арест очередного активиста «Достоинства» Бекназарова в Джелалабаде привел к массовым выступлениям оппозиции, переросшим в уличные беспорядки. Только в городе Кербенте при их подавлении было убито, по разным данным, от 10 до 30 человек. Акаев, декларировавший в первые годы правления демократический характер своей власти и свое неноменклатурное прошлое, все более скатывается к силовым и откровенно тираническим средствам удержания личной власти.

Можно подвести некоторые промежуточные итоги.

  1. Ни одна из стран бывшего СССР не избежала серьезных проблем со своими спецслужбами.
  2. Национальные различия спецслужб в плане целей и методов очевидны. Система взаимодействия этих спецслужб так же несовершенна и временна, как и сам союз стран СНГ.
  3. Главный вывод: никто в СНГ не избежал синдрома ВЧК— КГБ. В некоторых странах спецслужбы стали таким же орудием удержания власти, каким в молодом СССР была ЧК. В других этот синдром проявляется не так ярко, но он заметен. По поводу несоразмерно значительного места спецслужб в системе власти можно сказать, что подобная ситуация имела место в России во времена Коржакова и Барсукова в 1993—1996 годах, а сейчас сохраняется в Белоруссии, Грузии, Азербайджане и Туркменистане.


Комментарии закрыты.