На какие средства вы живете сейчас?

Мне платят пособие по безработице. Кое-что получаем из бюро помощи неимущим на Консуэлу и детей: продуктовые талоны, бесплатную медпомощь. Иногда и денег подкинут, если мы совсем на мели. В общем, еле-еле сводим концы с концами. Еле-еле. Иной раз нечем по счетам заплатить. Мы и всегда-то во всем себя ограничиваем, лишь бы в долги не залезть. Заплатим по счетам, а уж сами кое- как перебиваемся. На картошке и бобах сидим. Покупаем только самые необходимые продукты, дешевые и питательные. В первую очередь отказываемся от мяса. Ведь мясо — это то же, что молоко, но молоко малышам полезней. Важнее всего о них позаботиться. Взрослому вреда не будет, если он за день только пару картофелин съест, а детям без молока нельзя.

Консуэла: Иной раз и мясом побалуемся — может, раз в неделю.

Хуан: Когда голодно бывает, я сплю долго, часов до десяти-одиннадцати. Тогда не обязательно три раза в день есть. (Смеется.) Обед я пропускаю: когда так поздно встаешь, он вроде бы и не нужен. Для нас месяц безработицы — трудное испытание. Мы уже сильно просрочили очередные платежи по счетам. Даже неделя без работы — большая неприятность. Мы не можем заплатить за электричество, за трейлер, а задолженность растет, и вот уже надо два платежа вместе вносить. Это хуже всего. Как раз у меня просрочены платежи за машину и за прицеп. Поэтому я занял 300 долларов у одного приятеля. Скоро мне придется эту сумму возвращать. Как только найду мало-мальски постоянную работу, скоплю денег и расплачусь с ним. Я несколько раз у этого приятеля взаймы брал. У него очень хорошая работа, и английским он хорошо владеет. Деньги он дает под большие проценты, но, если я говорю, что мне нужны деньги на четыре месяца, а на самом деле отдам долг раньше, он не берет с меня проценты за весь срок. Возьмет за месяц, за два, и все.

Когда я был безработным прошлой зимой, мне пришлось брать продукты в долг. В жизни этого не делал, но тут совсем уж деваться некуда: детишки голодные плачут, а мы им ни молока, ни чего другого купить не можем. И вот я должен был идти унижаться — просить у хозяйки магазина отпустить нам немного еды в кредит. Унижаться и заискивать перед этой женщиной. Она спросила, сможет ли кто-нибудь за меня поручиться. «Хорошо,— говорю,— я приведу вам кого-нибудь». А она мне: «Сколько людей сбегают не расплатившись. Один мне тоже все на трудную жизнь жаловался — вот так же, как вы,— да в кредит просил отпустить. Так и остался мне должен 70 долларов. Только его и видели». Но продукты в долг все-таки мне дала. С тех пор она отпускает нашей семье в кредит, если мне случается неделю-другую без работы загорать и не на что продукты купить. А как только поступаю на работу, первым долгом спешу с ней расплатиться. Этот кредит в продовольственном магазине — большое дело для нас. Мы можем брать съестное для малышей, когда я не работаю.

Вот так и живем. Если хотя бы на два дня в неделю мне удается устроиться на работу, с полсотни долларов я зарабатываю. На эти денежки молоко покупаем, бензин для машины; если мы за продукты задолжали, в магазине расплачиваюсь, хотя бы частично. Если счет за электричество приходит, платим по счету, а остальное идет на расходы. Но бывало и так, что у нас совершенно никакой еды не оставалось. Поэтому мне и пришлось забыть про гордость и в долг у лавочницы просить. Я должен был это сделать. Я же говорил, взрослый человек может голод терпеть. Но не ребятишки!


Комментарии закрыты.